С 40 квадратных метров до 3600! Трудно представить, но большой лабораторный комплекс ДІЛА вырос только из двух аппаратов, приобретенных в свое время для того, чтобы показать Украине рынок лабораторной диагностики с другой стороны. О большой идее, прогрессе, экологии, открытии новой лаборатории во Львове и о войне – в интервью с Лесей Старухиной, исполнительным директором сети лабораторий ДІЛА
Леся, вы непосредственно участвовали в создании первой в истории ДІЛА лаборатории. Расскажите, как это было?
Летом 1998 года состоялась первая встреча рабочей группы, после которой мы начали процесс создания собственной лаборатории. Это было помещение размером 40 квадратных метров, разделенное пополам. В нем стояла наша гордость – автоматизированный иммунохемилюминесцентный анализатор. На тот момент это была революционная технология для Украины, которую никто не мог позволить себе, кроме некоторых научных центров. Вторая технология, которая у нас появилась – это иммуноферментный аппарат. Вот из такого скромного оснащения мы трансформировались в большую лабораторию с автоматизированными комплексами. Символично, что, несмотря на то, что через годы у нас появились другие лаборатории, это небольшое помещение у нас до сих пор сохранилось.
Насколько сложно было приучить клиентов к новому сервису?
Сначала мы действительно объясняли, почему ДІЛА лучше и в чем ее отличие. Но когда клиенты начали пользоваться лабораторией, эта разница была настолько очевидна, что слова уже были не нужны, они просто привыкали к хорошему сервису и высокому качеству. Наши клиенты всегда были людьми, которые уважают себя и свое здоровье, и мы помогали им в этом.
Как вы считаете, что стало отличительной чертой ДІЛА с первого дня?
Помимо качества мы всегда старались придать нашим клиентам ощущение безопасности, стерильности, чистоты. С первого дня и по сей день мы не изменили себе в этом – все материалы в лабораториях и отделениях у нас одноразовые. При больших масштабах производства мы никогда не используем стеклянную посуду, только одноразовые материалы, а все использованное – утилизируем. Одноразовые контейнеры, пробирки, халаты – это уже must have.
Но одноразовость – это всегда много расходников. Как вы утилизируете отходы?
В ДІЛА есть специальное подразделение, которое занимается санитарной безопасностью, и вопросами экологии. У нас разработаны процедуры обращения с отработанными материалами, утилизация отходов, безопасности окружающей среды. Один тип пластика перед утилизацией мы замачиваем в специальных растворах, остальные отходы после использования сжигаем. В этом нам помогают профессиональные компании, специализирующиеся на переработке и утилизации материалов много лет. Отдельное направление – это переработка стекла и спецодежды (шапочки, марлевые повязки, одноразовые халаты и др.). Кроме того, мы завершили проект по замене потенциально опасных люминесцентных ламп в лаборатории более эргономичными и безопасными для окружающей среды. И еще один проект – переход к системе электронного документооборота. Частично мы давно отказались от бумажных носителей для удобства клиентов и с целью сохранения ресурсов, но продолжаем еще работать в этом направлении. Мы прекрасно понимаем, что компания уже на таком уровне, что должна быть социально ответственной.
Расскажите о технологиях, которые используются в лаборатории?
Лаборатория ДІЛА всегда позиционировала себя как лаборатория лучших технологий. Мир не стоит на месте, особенно в медицине, регулярно появляются новые подходы. Вот уже 25 лет, как мы следим за инновациями, есть стратегический план развития продуктов, в который очень гармонично вплетаются новые технологии. В результате нашего развития маленькая лаборатория из 40 квадратных метров превратилась в крупный лабораторный комплекс из 3600 квадратных метров. Мы гордимся этим проектом, поскольку наша основная лаборатория построена в соответствии с высокими международными стандартами и спланирована с одной стороны с учетом эргономики, а с другой – на основе роботизации процессов, то есть объединение различных систем в одно целое с помощью уникального программного обеспечения. Направления гематологии, биохимии, иммунохимии и т.д. мы объединяем в одну систему с помощью технологических решений. Поэтому есть возможность только из одной пробирки сделать сразу весь широкий спектр заказа.
Как вы пришли к тому, чтобы объединить небольшие лаборатории в большой лабораторный комплекс?
Мы быстро росли. Начиная с одного кабинета мы разрастались и арендовали все больше помещений. Когда их стало слишком много, мы начали переживать, чтобы эта разрозненность не отражалась на процессах, качестве и скорости результатов. Любые движения персонала между рабочими местами – это время и ресурсы. Мы четко смоделировали цепочку перемещения биоматериала с момента взятия в отделении до получения результата, и положили эту логику в основу создания новой лаборатории. Плюс мы ориентировались на мировых лидеров. Теперь наша лаборатория – отдельное здание, оборудованное по последним новинкам инженерии: системой кондиционирования, обеспечения жизнедеятельности, специальным подводом воды, видеонаблюдением и главное – бесценным оборудованием. Строили лабораторию около 1,5 года.
Учитывая такой глобальный и трудоемкий процесс, трудно представить, что вы почувствовали, когда началась война и возникла угроза потерять лабораторию…
Конечно, до войны мы прорабатывали проект по рискам, обсуждали возможные действия при разных сценариях – как будем защищать лабораторию, персонал. Эта подготовка помогла нам. Первый день полномасштабной войны мы консервировали производство по плану. Было тревожно, мы не знали, как далеко зайдут военные действия и не потеряем ли лабораторию. Но стоит отметить, что перестала только наша основная лаборатория. При этом у нас есть другие лаборатории, которые не прекращали свою работу ни на один день. Буквально за год до войны мы открыли и активно развивали патоморфологическую лабораторию, предназначенную для сложных исследований. За день до военных действий мы собрали ценный послеоперационный биоматериал, который нужно было сохранить любой ценой. Результат был очень важен людям для дальнейшего лечения, поэтому сотрудники ДІЛА по возможности выходили в лабораторию, чтобы дать заключение тем, кто его ждал. Люди, работающие в ДІЛА, каждый на своем месте и очень хорошо знают важность своей роли.
Самая большая лаборатория в Киеве возобновила работу вместе с отделениями 14 марта?
Даже раньше. 14 марта лаборатория заработала на прием нового материала, одномоментно с логистикой и отделениями. Но для того, чтобы расконсервировать производство, прокачать, промыть, прокалибровать оборудование, убедиться, что вся электроника работает, нам нужно было 4 дня полной активной работы. Кроме того, к открытию мы начали работать с биоматериалом, который был взят еще до войны и который удалось сохранить (определенный тип материала хранится в холодильниках до 30 дней). Результаты подобных исследований мы начали выдавать клиентам уже 12 марта. При этом, всем, кому мы задержали результаты по объективным причинам, мы предоставили персональную скидку до конца года. Уверена, что наши клиенты и так были лояльны этой задержке, но одно из самого важного для ДІЛА – это сроки предоставления результатов. Мы всегда были ответственны за них, поэтому скидка – это наше извинение за задержку, пусть даже из-за войны в стране. Я горжусь этим решением.
Если говорить о сроках, насколько важную роль играет лаборатория для их уменьшения?
Важно взаимодействие всех подразделений. Чем быстрее мы получим биоматериал, тем быстрее мы дадим результат. До войны наша логистика по Киеву была настроена таким образом, что в течение 2-3 часов биоматериал попадал в лабораторию. Затем проводятся непосредственно лабораторные исследования, валидация, верификация и выдача бланка с результатом. С момента забора биоматериала до получения конечного результата в Киеве это занимало 8 часов. В регионах немного дольше, ведь там у нас не было лабораторий и нужно было потратить больше времени на логистику.
Но теперь у ДІЛА есть новая лаборатория во Львове?
Да, мы планировали ее открытие еще до войны. Но военные действия ускорили процесс. Сначала мы оперативно искали площадку для перевозки дорогостоящего оборудования из Киева, поскольку мы не знали, как далеко зайдут военные действия. Но сейчас мы сменили стратегию и продолжаем полноценно развивать лаборатории как в Киеве, так и во Львове. Сейчас у нас есть трехэтажная лаборатория во Львове размером 600 квадратных метров, работаем в полную силу и создаем рабочие места.
У Вас один из самых больших отделов в ДІЛА. Насколько сложно найти и удержать персонал, особенно в военное время?
Персонал – еще одна гордость нашей компании. Одна из стратегических задач ДІЛА – иметь лучших людей на рынке по уровню квалификации. Мы всегда следили за показателем текучести персонала, поскольку профессиональный опыт в лабораторной диагностике – то, что собирается по крохам и иногда нужны десятилетия, чтобы стать хорошим специалистом. Например, в таких областях как клиническая биохимия требуется не менее 2 лет, чтобы войти в курс дела, научиться методике, влиться в процессы и начать самостоятельно выполнять работу. А если говорить о сфере патоморфологии, цитологии, цитогенетике, этот срок может быть и 10 лет. Поэтому мы не только ценим персонал, мы помогаем людям развиваться как посредством самообучения, так и профессиональными курсами, конференциями. Я всегда говорю, что в ДІЛА можно себя реализовать на 100%, если человек этого хочет. Многие наши сотрудники прошли путь в ДІЛА и выросли с начальных позиций в руководящие должности. В том числе и я.
А каков средний возраст работников в лаборатории?
У нас нет определенных ограничений для работников лаборатории. Мы имеем и 20-летних выпускников медицинских учреждений, и персонал, работающий в лаборатории много лет. И это уникальное объединение, когда есть люди с опытом, которые могут многому научить молодых специалистов.
Во время рабочей встречи в 1998 году вы могли представить, что ДІЛА достигнет таких результатов?
Я была уверена, что проект будет успешным. Создавая ДІЛА, был создан, прежде всего, посыл на добро и пользу обществу. И эта польза, в которую мы все верили – это то, благодаря чему мы добились сегодняшних результатов. Так что сомнений в успехе не было. Я больше 20 лет работаю в ДІЛА, но совсем их не чувствую. Мы постоянно развиваемся, реализуем новые проекты, не идем, а бежим вперед. В 2005 году, оглянувшись назад, я поняла, как много мы сделали и какого прогресса достигли. Уверена, что спустя еще пять лет то, что мы делаем сейчас, также будет казаться недостаточным. Для меня ДІЛА – это мой профессиональный рост, развитие, моя эмоциональная стабильность и хорошее настроение. Я верю в наше дело, потому что у нас есть миссия, принципы и правильный посыл. И когда мы победим в войне и преодолеем трудности, выпавшие на долю украинского народа, мы будем еще более активно развиваться в свободной и процветающей стране.
